Настя сидела за накрытым праздничным столом одна. Еще надеялась, что он придет. Ведь столько лет прожили вместе.

-         Простит, должен простить, - убеждала себя – Ну хотя бы ради детей, в последний раз.

Анюта звонила, что задержится, но обещала Вовку из садика забрать.

- Ну, где же он?  Пока нет детей, поговорили бы.

Да, она - подлая, вздорная баба - согласится со всем, только пусть вернется. Теперь она поняла, как нужен ей Николай, ее Коленька.

Раздался долгожданный звонок в дверь. «Пришел»,- застучало в висках. Не спеша поправила прическу и, не спрашивая, кто, открыла дверь.

-         Примите телеграмму.

Автоматически, еще ничего не понимая, она расписалась в квитанции и раскрыла красочный бланк.

«Любимая доченька поздравляем днем рождения любви и семейного счастья Мама Папа»

Она уже не могла остановить слез.

« Стороны освобождаются от ответственности друг перед другом за частичное или полное не исполнение обязательств, при возникновении обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор), т.е. чрезвычайных и непредсказуемых…»

                                                      ВОВКА

Я родился не от счастливой любви, а оттого, что моему отцу «приспичило иметь второго ребенка», - так говорит моя мама. И поэтому она потеряла свои лучшие годы и загубила свою карьеру. Теперь ей приходится прозябать в своей «конторе», когда ее подруги давно директора фирм или на худой конец, живут за порядочными мужиками. Но это она говорит, когда у нее плохое настроение. А вообще, она хорошая.

Еще у меня есть сестра Анюта, она студентка. Ей все «до фени». Только ночевать домой приходит, а иногда и не приходит. Мама ее ругает, но все напрасно. Папа мой - военный. Мама называет его «солдафоном» и «портянкой». А деньги, которые он приносит, предлагает отнести в собес. «Там они,- говорит,- больше пригодятся». Папа с ней никогда не ругается, старается шутить. А если мама начинает кричать, то берет шахматы и идет к дяде Диме.

Я люблю смотреть старый альбом с фотографиями. Там есть одна очень красивая. Папа молодой и мама молодая сидят в лодке и целуются. Я у них спросил:

-         Почему вы сейчас ругаетесь, а тогда целовались?

Мама ответила:

-         Дура была.

А папа ничего не сказал, и пошел курить на балкон.

Папа приехал из командировки и теперь почему-то живет в казарме. Там у него есть «рыжая стерва», так мама говорит. А у нас теперь ночует мамин шеф. Мама говорит, что у него дома ремонт. Но я - то понимаю, почему он у нас живет. Просто мама вкусно готовит, а он всегда говорит:

-         Жил бы с тобой, Настя, всю жизнь только из-за твоего борща и котлет.

Вот и живет, поправляется - он худой как палка.

Без папы скучно. Мы с ним всегда вечерами болтали. Я ему про наш садик рассказывал, а он мне про свои дела военные. Ведь мы – мужики. И женщинам нас не понять.

                                                        АНЮТА

Скоро сессия, просто не представляю себе, как это будет. Я на третьем месяце, никто не знает. Даже не думала, что «залечу». Самое страшное - не знаю от кого.

В тот вечер все были в «стельку», потом еще курнули. Ночевали у Стаса на даче. Ребята все свои, а кто папа? Вопрос!

Повторяю путь мамочки. Надо искать «папу-лейтенанта» и сматываться из этого Кенига хоть куда.

Удивительно, как это папан решился вырваться из нашего дурдома. Он из Чечни приехал совсем другой. Мы его по человечески и не встретили. У меня - зачеты, Вовка - в садике, а маман, как обычно, на выходные в Польшу умотала. В  «командировку», в Миколайки.

Он просидел целую ночь на кухне. Все курил. А утром собрал свой «тревожный чемодан», Вовку в садик отвел и ушел. В доме и так все до этого на честном слове держалось, а как он ушел, вообще, - полный обвал. Мамочка, как приехала, сцену брошенной жены закатила. А потом закрылась в комнате, врубила музыку, пила и плакала. Но мне ее не жалко, сама виновата. Он мне хоть и не отец родной, но не разу не упрекнул ни в чем.  Вовку – брата – жалко, ему только пять лет. Зачем люди детей заводят, когда не любят друг друга?

Вчера была у отца, не выдержала. Ему с его Рыжей комнату в казарме дали. Две кровати солдатских, две табуретки, вместо шкафа - гвозди в стенке, телевизор черно-белый на тумбочке. А они улыбаются. Счастливые. И это после нашей двухкомнатной с удобствами в центральном районе?!

-         Ну, как вы там? – спросил он у меня. – Как училище? Как Вовка?

О матери даже не спросил. Думала обидеть его, сказать:

-         А ты зайди. Посмотри…

Но  сдержалась. Больше всего мне вдруг захотелось, чтобы он обнял меня, как раньше.

И, не выдержав, прижалась к нему сама, и так, чтоб не слышала Рыжая, прошептала:

-         У нас все плохо без тебя, папа.

Пить чай я отказалась, потому что чувствовала, что разревусь как дура. Отец пошел провожать меня. Мы шли молча, когда дошли до КПП части, он что-то хотел сказать. Я его перебила:

-         Ты не думай, это не мать меня послала. Я сама. И не надо оправдываться. Я все прекрасно понимаю, не маленькая. И Вовка вырастет, поймет. Ты только не забывай, заходи к нам, он тебя очень ждет.

Больше я говорить с ним не могла, слезы душили меня. А он стоял расстроенный, и все пытался прикурить, а спички ломались в его руках.

Но я  рада, что увидела отца и поговорила с ним.

                                                       ОТЕЦ

Прожил я с женой 19 лет, но счастливы вместе были по настоящему два дня. Целый год я за ней ходил, а она меня не замечала. А тут, на выпускном в училище, на «белый танец» подошла:

-         Разрешите вас пригласить…

Как кружились мы с ней в вальсе. Как две птицы. Потом  гуляли по ночному городу, пили

шампанское на детской площадке в ее дворе.

-         Пойдем ко мне.  Мои - на даче, - предложила она.

Какая была ночь! Утром проснулся от яркого солнца  в глаза и негромкого мужского голоса в соседней комнате.

- Ой, родители вернулись, что будем делать?

Потом в комнату вошла женщина.

-  Мама, это мой Коля...

  - Вижу что не подруга Леля, - ответила она с усмешкой. – Ну, вставайте, будем чай пить и знакомиться.

Через день мы подали заведение в ЗАГС. Что это было? Любовь? Не знаю. А потом родилась Анюта. На три месяца раньше срока. В тот же день, я и узнал, что она - не моя дочь.

Слезы и объяснения  я слушать не стал. Простил. Только слово с нее взял, что дочь ничего не узнает.

Служил я тогда в Белоруссии. Дни и ночи на службе пропадал. Для жены офицера такая жизнь - сложный экзамен. Не всякая выдержит. А соблазнов в гарнизоне хватало.

Как-то пригласил меня к себе на беседу замполит - подполковник Колганов. Осенью это было. Анюта, как раз в первый класс пошла. Долго Колганов меня мурыжил. Об офицерской чести говорил. А потом махнул рукой,  и сказал, что жена моя загуляла.

Запил я. А супруга моя драгоценная с дочкой к маме в Горький уехала.  Меня через три месяца, благодаря замполиту, в Калининград перевели. Прожил я год один. Не выдержал, поехал за ней. Помирились. Решили начать жизнь с чистого листа.

Служба наладилась. А тут Вовка родился. Мы получили двухкомнатную квартиру. Анюта в медицинское училище поступила. Но беда пришла, откуда не ждали. Началась в армии неразбериха, зарплату задерживать стали. Чечня по новой закрутилась. Дома начались скандалы. Денег нет, а жена кричит:

- Увольняйся, а не то я пойду работать. А ты с детьми сиди. Кормилец…

Я в сердцах ей ответил:

- Ну, и иди работать.

И пошла моя Настя в бизнес. Сначала пищевыми добавками торговала, потом косметикой. Приду со службы, Анюта Вовку из садика заберет, а жены все нет. Придет поздно, «подшофе».

-                Где была? – спрашиваю. Ответ один:

-                Презентация.

Наконец я не выдержал. Скандал у нас вышел сильный. Дети проснулись. Я говорю:

-                Дочери бы постеснялась.  Какой пример ей подаешь?

А она в ответ:

-                Моя дочь. А ты ей что, отец?

Анюта побелела и спрашивает:

-         Папа, а ты, разве не мой отец?

С того дня все пошло вкрив и вкось. Тут разнарядка на полк в Чечню пришла. Я рапорт написал.

Там мы и встретились с ней. До этого в полку видел ее, да все по службе как-то. А тут, заговорила она со мной. Смотрю на нее, голос слышу, а что говорит, понять не могу. Прямо наваждение какое-то.

Начальник штаба мой, Вовка Саранцев, как она вышла из палатки, рассмеялся:

-         Ну что, комбат, контузила тебя Рыжая?

А утром пошли мы колонну сопровождать в Ачхой-Мартан. Там все и случилось.

                                                          РЫЖАЯ

Николая Владимировича, комбата нашего, я уже давно по службе знала. Спокойный, рассудительный офицер. Его солдаты уважают. Только замечала я, что-то мучает мужика. Другие наши офицеры, в таких случаях сразу выход находят – обнимут бутылку и жалеют себя. А он - ни-ни. Я его выпившим только один раз видела. Когда у него сынишка родился.

В армию я пошла не от хорошей жизни. Была семья – муж и сын. Да не стало.

Как увижу мотоцикл, так сердце сжимается. И как я их тогда одних отпустила на рыбалку. Уговорили они меня. Милиция сказала, дорога после дождя была скользкая. Так я своих мужиков и потеряла. Сватались после ко мне, но сердце не принимало.

А во время командировки, я в его батальоне оказалась. На третий день, как в Чечню прибыли, наша колонна в засаду попала. Троих ребят я вытащила, а они кричат:

-         Комбат, комбат там!

Я - к БМП, вижу: он с люка свесился. Я его потащила, хотя не верила, что живой. А тут пуля мне в плечо попала.

В госпитале очнулась. А он сидит передо мной на табуретке и руку мою в своей держит. Так и просидел всю ночь.  А в глазах - боль.

Я не выдержала и говорю ему:

-         Не мучайте себя, Николай Владимирович.

После госпиталя мы вернулись в Калининград. Я видела, что он долго стоял на перроне, ждал своих. Хотела к нему подойти, да не посмела. А утром он пришел в санчасть с чемоданом.

-         Ну, вот, - говорит, – примешь меня?

Что наше бабье счастье?  Верить да ждать. Господи, сколько же в нем доброты и ласки не растраченной оказалось. Как же можно было, так с ним?

Отогрелся мужик душой, но вижу, что та жизнь его не отпускает.

Дочка его пришла, как нам комнату дали. Волнуется  девушка, но держится хорошо. Поздоровалась со мной. И к нему - как птица с подбитым крылом.  Но ни слезинки, ни жалобы.

Я ему вечером сказала:

- Коля, не мучай себя. Поговори со своей женой. Может, она сына тебе отдаст. Дочь - то уже взрослая. А Вовка нам не помешает.  

                                                              ***

Отъезд отца в командировку совпал с днем рождения матери. Чтобы не опоздать на аэродром, ей пришлось уговаривать знакомого парнишку Стаса подвести ее в Чкаловск, где находился аэродром. Анюта узнала ее сразу.

Она выделялась из толпы военных и провожающих, хоть и заправила свои огненно - рыжие волосы под форменную шапку. Началась посадка в транспортный самолет. Оркестр заиграл «Прощание славянки».

Почему она не встретилась отцу раньше?

-         Ты береги его там, пожалуйста, - тихо сказала Анюта.

«Рыжая» кивнула головой и улыбнулась. И улыбка у нее была совсем не виноватой.

Из-за громкой музыки оркестра, Анюта не услышала, как подошел отец. Он крепко обнял ее.

-         Папа, возвращайся.  Мы с Вовкой будем тебя ждать.