В последние годы одна из знаковых тем разделила писателей Калининграда на два лагеря. Образно говоря, одни пишут о том, что находится над землей – о Калининграде, а другие о том, что под землей – о Кёнигсберге. 
С новой силой разгорелся спор по поводу восстановления Королевского замка. Фактически этого сооружения нет, от него остались сотни тысяч тонн битого кирпича, щебня, фундаментных валунов, ржавой арматуры, золы. В конце августа 1944 года после налета почти тысячи английских бомбардировщиков типа «Ланкастер» центр столицы Восточной Пруссии превратился в руины. «Веер смерти» сделал из города каменоломню. Война вернулась сюда бумерангом. Были разрушены Королевский замок, кафедральный собор, университет. В мирное время на месте руин поднялся Калининград. Но Кёнигсберг до сих пор как город-призрак будоражит умы местной творческой братии.
Недавно в Калининграде вышла в свет книга «История замка Кёнигсберг» профессора Владимира Кулакова. С тем, как автор оценивает послевоенную историю и выявляет конкретных разрушителей замка, в корне не согласен главный эксперт центра по охране памятников Авенир Овсянов. В 1957 году он лично входил в группу подрывников по уничтожению руин замка. В то время, по словам специалиста по фортификационным сооружениям, известного краеведа развалины замка представляли опасность для населения. Но теперь, в наше время, ряд писателей героизирует свою борьбу с обкомом КПСС за сохранение руинированных замковых стен. Член Союза российских писателей Вячеслав Карпенко за защиту замка был даже «сослан» в Казахстан. Сейчас защитники замка клянут обком партии и его первого секретаря Николая Коновалова за снос замковых руин. Но ни одного упрека не слышно в адрес английского военного командования, отдавшего приказ о тотальной бомбежке культурного центра Кенигсберга. Окажись, после штурма Кенигсберга, замок целым, стали бы его крушить?
Ныне, кроме заваленных землей и щебнем подвалов, на этом месте ничего нет. Подземелье не имеет даже статуса памятника истории и культуры хотя бы регионального уровня. И если говорить о придании этому месту какой-либо общественной значимости, то вначале необходима культурно-историческая экспертиза. Пока же дело дальше громогласных заявлений о необходимости «возрождения» замка не идет. О каких финансовых возможностях может идти речь при этом, никто тоже не говорит. Англичане, разбомбившие исторический объект, денег не дадут. У них с национальным иммунитетом все в порядке. Раньше раскопки замковых подвалов, как известно, финансировал журнал «Шпигель», но прекратил это делать, ссылаясь на некие трудности. Правда, новый генеральный консул Германии в Калининграде, едва заняв пост главы дипмиссии, заявил в одной из газет о готовности помочь калининградцам с восстановлением Королевского замка, если они того сами захотят. Только вот у калининградцев нет пока уверенного ответа на главный вопрос - станет ли муляжный новодел архитектурным украшением города?
В реалиях сегодняшнего дня можно всерьез говорить лишь о фундаментных остатках замка. И в целом тема подземного Кёнигсберга до сих пор популярна в городских умах. В свое время поиски Янтарной комнаты дали основу для написания нескольких книг. Тайны Кенигсберга, в частности, отражены в литературных трудах историка Сергея Трифонова. Мифическая «Лаборатория-13» - это еще один таинственный образ города-призрака, который, по мнению новеллиста, до сих пор хранит в своих недрах знаменитую Янтарную комнату и другие сокровища. Писатель Олег Глушкин в своем новом романе «Парк живых и мертвых» выявил связи нынешних и прошлых жителей города. Воспоминания о Кёнигсберге преследуют и других литераторов, относящих себя к либералам. На подходе к читателям увлекательная повесть-путеводитель писателя Александра Попадина. Судя по рукописи, этот автор наиболее профессионально и соразмерно установил связи между прошлым и настоящим города.
Другая группа писателей Калининграда активно напоминает о том, что мы вовсе не Иваны, не помнящие родства. Так, Виктор Геманов посвятил свою книгу легендарному капитану-подводнику Александру Маринеско, потопившему на Балтике уходивший из осажденного Кёнигсберга военный транспорт «Вильгельм Густлоф». И оценка такого поступка у автора одна – это подвиг в войне за свое Отечество. Поэт Юрий Кулагин создал поэму «Хвала Святому Великому князю Александру Невскому». Еще одно художественное напоминание тем, кто замыслит с мечом прийти на чужую землю. Публицист Герман Бич написал книги «Из Кёнигсберга в Сталинград, из Калининград в Волгоград», «Боевые подруги». Из названий видно, о чем они. Виталий Шевцов в своем новом сборнике представил литературные портреты земляков. Избранные произведения местных прозаиков и поэтов вошли в двухтомную антологию «Земля калининградская». Ее главные герои – фронтовики, бравшие Кёнигсберг штурмом, участники становления нового российского города, нынешние калининградцы. На выходе в печать сборник рассказов и очерков о рыбаках, подготовленный участником войны, председателем ассоциации морских капитанов Петром Чагиным. Ведь именно история рыбопромышленного комплекса занимает большинство страниц летописи Калининграда.
Но так или иначе, идейный водораздел в умонастроениях пишущих калининградцев связан с вопросом о необходимости восстановления Королевского замка. В его московских палатах в 1511 году принимали первых послов от князя Василия III, в зале московитов гостевал Петр I, здесь губернаторствовали Василий Суворов и другие наместники русского престола. И все-таки не каждый калининградец сегодня однозначно скажет, что нет сегодня более важной градостроительной задачи, чем новострой тевтонской крепости. Иначе, мол, Калининград так и не приобретет свое культурное лицо.
Назвать это противостоянием трудно, каждый вправе выбирать символ поклонения и объект обожания. Мы уже переживали времена ортодоксов, когда можно было иметь только одно мнение. Однако, нельзя не заметить, что и в самом Калининграде, и на территории области немало фортов и старых замков, которые еще сохранились, и некоторые даже неплохо. Вот их бы обустроить и сохранить для истории и привлечения туристов. Так нет же, идеологические «танцы» и культурологические «песнопения» совершаются именно на Королевской горе, на которой когда-то стоял главный орденский замок. Никто не спорит, пришло время что-то делать с этой достопримечательностью. Средневековая кладка его подземной части обнажена и требует, как говорят специалисты, профессиональной консервации. И, наверное, лучшей судьбой для этих катакомб стало бы открытие музея подземелий с рестораном «Кровавый суд», нежели химера с восстановлением замка прусских королей. Если он кому и нужен, то скорее как символ, как духовная реставрация вечно вчерашних. История учит: правильная оценка прошлого поможет избежать ошибок в будущем. Кто же виноват, что обитатели Королевского замка пренебрегли уроками, полученными тевтонскими рыцарями еще 5 апреля 1242 года Чудском озере.
Юрий Крупенич | 
