С  фотографии   довоенной,

        Пожелтевшей  уже  вконец,

                                         С  изумлением  неподдельным

                                          На  меня  глядит  мой  отец.

Я  смотрю  на  него,  волнуясь,

Но  спокоен  внешне  вполне.

С  фотографии  вдруг  вернулось

Мое  детство  опять  ко мне.

Я  отца  теперь  много  старше

И  седин  не  счесть  на  висках.

Ну, а  он  с  грозной  силой  вражьей

Не  встречался  еще  в  боях.

Мне  осанка  отца  знакома

И  его  повседневный  вид.

Той  поры  армейская  форма,

Безупречно   на  нем  сидит.

Но  у  сердца,  возле  кармана,

Не  приколоты  ордена.

Их  потом  ему  многократно

Будет  щедро  давать  война.

Аккуратно  застегнут  ворот

Гимнастерки  с  рядами "шпал”.

Он  на  снимке  ужасно  молод,

Я  бы  тридцать  ему  не  дал!

Внук,  на  деда  взглядом  похожий,

С  ним  по  возрасту  наравне.

Дед  седым  станет  много  позже,

Поднабрав  седин  на  войне.

Он  еще  ничего  не  знает

Из  того, что  их  скоро  ждет.

А  над  ним  уже  нависает

Сорок  первый  проклятый  год!

Будет  много  в отцовской  жизни

Штормовых  свинцовых  ветров.

Он  еще  на  полях    Отчизны

Не  пролил  молодую  кровь.

Жизнь  у  сына  намного проще.

Обошла  его  жизнь  война.

Послужной  список  много  тоньше,

Но  дорога  была  трудна!

Сын  наметил   для  службы  море,

Где  путей  легких  вовсе  нет!

В   океанском  седом  просторе

Пролетело  немало  лет.   

Наши  встречи  случались  редко.

Ты  меня  за  это  прости!

Человек  в  море,   словно   в  клетке,

Из  которой  нельзя  уйти.

Мы  в  походах  мужали  быстро,

И  шли  в  даль  по  зову    сердец.

Ты  не  зря  глядишь  с   любопытством,

На  меня, дорогой  отец!

Мне  глаза  отводить  не  надо!

Я  служил , не  жалея  сил,

А  избрать   путь  в  моря  когда - то

По  твоим  советам  решил.

Был  присяге  всегда   я  верен,

В  этом  наши  пути  сошлись!

Я  отцовским  масштабом  мерил

Службу  Родине, честь  и  жизнь!