Провести ночь у рыбацкого костра давно мечталось мне, человеку, ни разу не державшему удочки в руках, движимому лишь жаждой ощущения новизны, свежести романтических впечатлений, захватывающих рассказов об особенностях и секретах рыбной ловли на побережье Балтийского моря и Калининградского залива, между этих двух стихий, на Балтийской косе, являющейся российской частью Вислинской косы.
Это божественный уголок земли, привлекающий как местных жителей, так и туристов первозданностью природы. Это настоящий рай для охотников за грибами и ягодами. Заросли малины, ежевики, облепихи, боярышника, красной смородины так многочисленны, что ягод хватает в изобилии и птицам, и людям.
Ярко-красные грозди рябины, калины радуют глаз почти до весны, как и оранжевые плоды шиповника на нежно-зеленых колючих ветвях. От причала парома до пограничного поста косу прорезает грунтовая, лесная дорога, с близко подступающими к ней лиственными и хвойными деревьями.
Мы миновали небольшой поселок и расположились на высоком берегу у моря, от души наслаждаясь неспешным закатом солнца над спокойными водами, пока не подступили мягкие сумерки и скрыли горизонт. Наступила чарующая августовская ночь, на редкость безветренная и благостная, тихая и безмятежная. Я опасалась, что моя неискушенность смоет меня в глазах собеседников, как волна песчинку, мои вопросы и просьбы рассказать о необыкновенных случаях, особенно удачных ловах, будут похожи на скатывание с ледяной горки, а присутствие у костра будет звучать условно, как слабое согласие рыбаков развлечь меня.
Приготовившись к заданности усмешки над собой и к прятанию в самоиронию, как в теплый свитер, я оказалась в царстве естественности, схожей с помпейскими фресками, без ухищрений и напластований.
Рыба и овощи напоминали нехитрый ужин божественных рыбарей. В речах моих товарищей сквозило наслаждение от пережитого ими во время рыбалки, странным образом перетекавшее и в мои артерии. Плескался смех, как неторопливая балтийская волна. Казалось, небо, деревья, кустарники подвинулись ближе к костру, молча приникли ухом к неприхотливой беседе.
- Полесские[1] рыбаки говорят, что лещ у нас вкуснее. У них он посуше, а у нас пожирнее, - говорит Володя Смирнов, легко и бережно поворачивая на прутьях над унявшимся костром лещей, выловленных почти только что: лещ к Балтийской косе подошел только к ночи.
- Володя, сколько тебе лет как рыболову? - задаю вопрос я.
- Свыше тридцати. Начинал в Зеленоградске, бегал на море, на залив, на карьер. Страсть к рыбалке там родилась. А с 14 лет живу в Балтийске. Здесь уже с ночевкой стал рыбачить.
- А вы слышали? У поселка Янтарного в море один предприниматель карася поймал, представляете? - спросил тихий и застенчивый Николай Чагов, блестя глазами цвета моря на закате.
- А что, одни рыбы исчезают, другие появляются, - поворачиваясь и занимая более удобное положение, произносит Иван Петрович Чистов, любящий, чтобы его называли просто Петрович.
- Вот бычки из Черного моря к нам стали перебираться. За последние двадцать лет климат потеплел, и бычки у нас уже года два как стали появляться. А вот рыбец исчез, - со вздохом продолжил Петрович.
- Рыбец знаете? Жирная такая, на подлещика похожа, только подлиннее, костей многовато, но вкусная. Из нее раньше рыбий жир делали.
- А что если нам пойти искупаться, - предложил Володя Смирнов. И вся наша компания дружно двинулась к серебристой воде.
Ноги утопали в шелковистом, «поющем», прохладном песке роскошного пляжа. Вода приятно бодрила и освежала. К августу она прогревается в Балтийском море, и благодаря этому так долго длится в этих краях осень.
Деревья долго не роняют золотую листву, согреваясь медленно остывающей водой. Искупавшись, мы возвратились к костру, а Володя, усевшись поудобнее, начал соскребать палочкой что-то черное со своей босой пятки, объясняя:
- На пятно мазута наступил. Все сочувственно молчали.
- Потому и не стало рыбца, - заговорил Петрович.
- Да, много причин: экология, сети, браконьеры, танкеры с нефтью... Мазут в воде благодаря кому? Вон, в море нефтяная вышка видна. Говорят, расконсервировать хотят. И так с каждым годом рыбы все меньше, а тогда и этого не будет.
Тема экологии беззвучным полуночным звоном повисла в ушах. Купаясь в теплом воздухе костра, укутанный вечностью, ты не в силах переварить чью-то бурную деятельность, отбирающую у тебя эту вечность.
Кто и как раскачивает их сознание для новой прибыли? Какой силы нужен сквозняк, чтобы проветрить мозги забывчивому человечеству? Вопросы парили над нашим костром, сгущаясь и переходя в некую квинтэссенцию, отозвавшуюся рыбьим всплеском: человечество заслуживает лучшего.
- Володя, расскажи, как ты ловишь судака, - прошу я, прерывая тишину.
- Судак идет на балберу. Это круглый кусочек пенопласта, к нему - леска и груз. На крючке - салака, нарезанная кусочками.
Однажды я судака поймал весом шесть, а может быть и семь килограммов. Я вообще-то больше люблю рыбачить в заливе. Там верхоплавка на удочку ловится, небольшая рыбка, плотвичку напоминает. Красноперка прямо на мели в камышах резвится. Заходишь в воду по колено и ловишь. Но с заморозками она на глубину уходит. Вяленая красноперка - это моя страсть. Один раз в Зеленоградске я жериха поймал на пять килограммов на волнорезах, в прошлом году, в конце июля. Жерих похож на леща, но это более вытянутая рыба, очень вкусная. Володя помолчал и продолжил:
- Зимой, ближе к весне, корюшка появится, она свежим огурцом пахнет. Весной на дамбу канала хожу. В апреле - мае там камбала ловится. Лещ - в конце июля, в августе, в сентябре на удочку и на спиннинг на червяка берет. Однажды я леща поймал на пять кило двести. А в прошлом году в октябре у Камстигаля из канала угря вытащил весом один килограмм девятьсот граммов.
- А ты знаешь, как немцы тут угря добывали? - спросил Петрович, и мы все
вопросительно на него посмотрели.
- Они у залива засевали участки горохом, который для угря - лакомство. Ночью, когда выпадет роса, он из залива перебирался в гороховое поле, а к утру немец дерен поднимет корневищем вверх, по периметру поля лунку проделает, угорь на почве и застрянет. Больших угрей они собирали, а мелких в залив отпускали. Володя стал возражать:
- Я не видел, чтобы угорь из воды выползал. Есть, конечно, угорь морской, заливный, озерный. Я знаю, что морской угорь толще и короче и по цвету светло-коричневый, а заливный - тоньше, длиннее и черного цвета. Полесские рыбаки говорят, что у них угорь вкуснее, чем у нас.
Вообще, угорь - очень сильная рыба. Однажды летом ох и измучил он меня. Минут десять я пытался вытащить его. Рыбина и сама извелась, и меня извела. Только станет леску обрывать, я катушку спиннинга отпускаю, потом придержу. Подтащил к берегу и волоком его уже тянул. Николай, подбросив сучьев в костер, начал укладываться на бок , а заговорила Валентина, жена Володи, учительница физики в средней школе, с блестящей логикой мышления и чувством юмора:
- Моя рыболовная биография началась в девять лет в деревне на Брянщине. В начале шестидесятых годов мама летом отвезла меня к бабушке, и я ловила рыбу в маленькой неглубокой прозрачной речке обыкновенной столовой вилкой. Бабушка жарила мне на сковородке эту небольшую серую рыбку и называла ее сибиль. Но теперь я люблю порыбачить с удочкой. И не столь важно, поймала я что-то или нет, но важно для меня обрести покой, полюбоваться цветом воды, отражающимся в ней небом.
А рыба мне нравится, прежде всего, тем, что она молчит. Больше всего я ценю безголосье, даже безмолвие, оно мне отрадно. Вот рыба клюнула, я ее вытащила, снова забрасываю удочку и вновь наслаждаюсь покоем. Дома чистить рыбу я ужасно не люблю, а готовлю охотно. Хотя рыб мне всегда немного жаль.
- А вы знаете, как отличить любителя-рыболова от профессионала? - спросил Григорий. Все молчали, и он продолжил.
- Настоящий рыбак никогда не скажет, сколько он поймал штук, он скажет, сколько килограммов. Для меня же важен не столько сам процесс ловли рыбы, а предвкушение рыбалки. Какое наслаждение - готовиться к ней!
Собирать удочки или спиннинг, крючки, наживку, одежду, представлять, что ты поймаешь, как будешь ловить. Мне интересно ловить салаку. Иногда она идет по поверхности, иногда - по дну. Ориентируешься на своих собратьев по хобби. Туда сбегаются все, если видят, что рыба подошла к удачливому рыбаку. Вокруг него начинают все группироваться. Если тот, кто поймал, далеко забрасывает, все начинают делать то же самое. Салака может идти из моря в канал или из канала.
Тогда ориентируешься по стае чаек. Они кричат и кружат над водой там, где идет косяк салаки. Когда салака попадается на крючок, она трепещет и вращается винтом. Поэтому нельзя жадничать во время рыбалки. Если ты используешь слишком много крючков, чтобы поймать больше, рискуешь потратить больше времени на распутывание. Хотя, когда салаки очень много, можно одновременно поймать шесть-семь рыбин. Но вытащить всех очень сложно.
Много срывается с крючка, когда вытаскиваешь. А вы знаете, из салаки я делаю такое вкусное блюдо, похожее на шпроты. Салаку чищу и укладываю в ряды в утятницу. Солю и два лавровых листика кладу, можно добавить луковицу, лучше неочищенную для цвета и заливаю растительным маслом. Немного добавляю воды, и на слабом огне рыба томится в духовке два часа, потом духовку выключаю, но рыба стоит в ней до охлаждения.
- Скоро похолодает, протянул Петрович.
- Салака пойдет. Летом, когда жарко, она на глубину уходит, а как вода похолоднее станет, придет она к нашей дамбе.
- А я, - поделился Володя, - люблю сам процесс ловли на спиннинг, это захватывающее занятие. Леска натянулась, и ты думаешь: "Только бы не сорвалась!” А потом следующая мысль: "Что за рыба?” Бывает, сорвется, и тогда душу мучает, грызет вопрос: "Что за рыба была?” Самый азарт, самый «переживательный» момент, когда клюнула рыба, а ты еще не знаешь, какая.
- Наслаждение рыболова, - подхватывает Петрович, - когда ты понял, что клюнула, и ты начинаешь тащить. Такой адреналин! Страх - не упустить. И это мгновение подлинной жизни. Я пенсионер, но на диване мять бока не хочу. Здесь жизнь, здесь простор, да и наловлю побольше, так продам. Вот и подспорье к пенсии. Но главное - азарт! ...Ночь плавно перетекала в рассвет. Тихие голоса моих собеседников журчали и переливались, освежая, как дождь.
Я впитывала свет, запахи, влагу с жадностью почвы. Сознание моих товарищей настраивалось на жгучее наслаждение утренней рыбалкой, а я… Я разделю их радость: рыба есть, есть бакланы, чайки, лебеди, зеленая коса под лазурным небом. И мои чуткие собеседники знают о моей грусти: нефтяная вышка виднеется вдали, угрожая отнять у нас вечность.
[1] Полесск – город в Калининградской области
| 
