Мне обидно за нашу культуру, которая подвергается такому испытанию со стороны авангардистов. Наш Калининградский драмтеатр всегда славился постановкой высоконравственных произведений, выбирал лучшие пьесы мирового, русского, советского репертуара, которые ласкали взор, радовали прекрасным словом, хорошей музыкой своих зрителей. Еще, когда театр после войны ставил спектакли на Бассейной, он притягивал к себе жителей города и области, он был центром культуры. Моряки, возвращаясь с рейса, шли туда приобщиться к прекрасному, к настоящему искусству. Я это прекрасно помню. Моя покойная мама всю свою жизнь до девяностых годов ходила в театр. Но с началом девяностых годов прошлого столетия всё изменилось. Простой народ как-то отошел от этого вида искусства. Он стал ему и недоступным по цене, и не приемлемым по душе, по менталитету. Видно так устроена наша жизнь, что в определенные её периоды, к руководству культурой, культурными заведениями приходят люди, вкусившие прелести западного творчества, целью которого: это денежная составляющая и показ нового, необычного, гадкого, развратного, не патриотичного, падкого, которое так хочется познать молодым и повторять потом в своей практической жизни. Ну, к чему было так обижать ветеранов, разрешив лет пять назад показывать постановку «Чапаев и Пустота» в «День защитников Отечества». К чему людям смотреть «Дорогую Помелу». И вот итог всему этому - замах на великого Шекспира «Двенадцатая ночь», где артисты чуть ли не голяком бегают по сцене, и эта мизансцена – артист, стоящий перед зрителями со спущенными штанами. И городская газета (Гражданин №38) с радостью извещает о такой прекрасной трактовке Вильяма Шекспира. Не знаю, всё смешалось в этом культурном бедламе наших руководителей от культуры.
Наш Калининградский драмтеатр всегда славился постановкой высоконравственных произведений, выбирал лучшие пьесы мирового, русского, советского репертуара, которые ласкали взор, радовали прекрасным словом, хорошей музыкой своих зрителей. 
