Проем расплывчатый окна,

подлесок, мутная луна,

пределы дорогие…

И как сомЫ в глухой воде,

плывут по спящей слободе

большие сны людские.

Из них, из памяти густой,

из вязкой ворвани ночной,

из общего замеса

сквозь бледной прачечной дымок,

сквозь пара верный теплый клок

летит душа-невеста.

И все, что в прошлом мнится ей,

летящей с ветром декабрей,

беспамятной и белой:

цветущий шип и певчий прах,

дождя в распахнутых дверях

смеющееся тело.