Я кормила жеребёнка,
Правую ладонь раскрыла,
А на ней лежало сердце -
Половина джонатана.
Он прогнул в поклоне шею,
А глаза - глаза искали.
Он губами тронул сердце,
Он его поцеловал!
И в траву скатилось сердце,
половиной джонатана,-
Позабытое ребёнком,
Там досталось муравьям...
И, безмолвное, лежало,
Две слезы на нём дрожало,-
две слезы, а, может, просто
Кровь стекала, как роса.
Не оставляй меня, душа!
Не оставляй меня, душа,
У заколоченного дома,
Не добавляй бровям излома -
Достанет медного гроша.
И отводи за шагом шаг
От равнодушного порога,
Где ключ, оставленный залогом,
Изъест безжизненная ржа.
Ошиблась...Это не тупик!
Петлю снимаю аккуратно...
Бегу назад! Спешу обратно -
В зерно. В начало. Свят родник!
(Срывая панцирь ледника,
Трава познает дуновенье ),
И, ёжа плечики в волненье,
Не упуская ни денька,
На цыпочках встречать росу
И, в землю истекая соком,
Припасть к корням, пусть неглубоким,
Целуя влажную косу!
И так, - разостланной лежать
скатёрочкою – самобранкой…
Пусть вывернута наизнанку,
Не оставляй меня, душа!
