Старая вера и новые надежды. - Статьи - Публицистика - Литературные страницы

Приходится признать, что в ряду великих народов мира история русского народа сложилась наиболее драматическим образом как по причине необходимости отражения постоянных вражеских нашествий, где только с севера мы были надёжно защищены Ледовитым океаном, так в силу особенно острых форм внутреннего нестроения, в чём повинны сами. Но все внешние и внутренние бедствия на протяжении более чем тысячелетия народ преодолевал, перемогал, пересиливал и неизменно выходил на новые и высшие круги: рос численно и совершенствовался в своём историческом бытии; и русская православная церковь также неизменно несла благодатный крест внутреннего единения народа и сплочения против внешних нашествий. При том, древнерусская культура и - вплоть до ХVIII века знаменовалась апокалиптическими мотивами, выступавшими в свойстве нравственного долженствования, как постоянной готовности человека к своему «страшному», т.е. предельно ответственному суду-отчёту в посвящении себя созидательному добру, а также в покаянии за вольно или невольно совершённые порочные поступки. Но в ХVII веке сама церковь пережила трагедию раскола, который болезненно сказывается в народно-национальной жизни по сей день, а теперь, на рубеже ХХ-ХХI вв., обозначился переход русского апокалипсиса из нравственно-философской категории в свойство жизненной реальности, сказываясь в политике, экономике, культуре и самое страшное – в генофонде и прямом физическом существовании, т.е. началось вымирание народа, и потому сейчас в самосознании каждого русича главная задача это спасение народа - физическое, духовное, историческое.

Мне довелось ознакомиться, ещё до публикации, с интереснейшим очерком калининградского писателя Е.А.Лушева «Староверы». В самом деле, что мы знаем о староверах, старообрядцах? На уровне нашего ТВ-формата не знаем ничего, а из обрывков школьных знаний… то же самое. И вот перед нами гигантский трёхмиллионный состав русского народа, живущего у себя на Родине, а также, рассеянного по всему белому свету и особенно - в Южной Америке, в Аргентине. Уникальность старообрядчества в том, что в общеисторически сложных и противоречивых путях перехода от патриархальных форм бытия к новым, цивилизационным формам оно сохранило фактически непоколебленными исходные фундаментальные ценности человеческого существования, коими являются род-семья и производительный труд, и тем более поражает в истории наших братьев-староверов их внутренняя сила и стойкость. Века жесточайших кар, многотысячная гибель староверов в самосожжениях и разного рода преследованиях не только не сломили их, но наоборот - утвердили в могучих свойствах выживаемости и самоутверждения, и более того, староверы создали целое направление в русской культуре, у истоков которого стоит «огнепальный» гений протопопа Аввакума, и которое в полном историческом объёме нам ещё только предстоит изучать и осваивать. Кто, например, знает, что староверы-поморы, именуемые выговцами по названию Выговского монастыря, создали свою поэзию и музыку, пользуясь её особой записью крюками, и особые хоровые распевы. Они имели свою школу, в которой изучали грамматику, риторику, диалектику и логику и по этим дисциплинам даже создавались учебники. Велась летопись важнейших событий, начиная с 1429 года, т.е основания Соловецкого монастыря, старообрядческой цитадели. Вот, к примеру, запись о знаменитом наводнении в Петербурге 1924 года: «Того же году в Питербурге наводнение превеликое от моря было: корабли ломало, домы с людьми в море уносило, людей и скота множество погибло, ноября 8». Пушкин не мог знать этой записи, но сходство картины наводнения в поэме «Медный всадник» с этой у безымянного летописца-старовера воистину поражает. Старообрядцы-поморы создали особый «поморский пошиб» иконописи: тёмные лики на золотом фоне. И наконец, староверы это мужественные землепроходцы и мореплаватели, засвидетельствовавшие себя даже на островах Новой земли и Шпицбергена.

Старообрядческие общины многообразны в своих внутренних «толках». Известно, например, их предельно отрицательное отношение к современной цивилизации. Не признают телевизор, не пользуются телефонами и т.д. Крайности? – Несомненно! Но верно и то, что старообрядчество дало нам талантливых купцов, предпринимателей, коллекционеров, книгоиздателей, людей абсолютной честности и самоотверженности в служении общему русскому делу. Это имена Морозовых, Солдатенковых, Кузнецовых, которые не только не бежали от цивилизации, но оказывались как раз в числе двигателей предпринимательской деятельности, и сейчас их богатый и благородный опыт куда как востребован! Не менее важно наблюдение Е.А.Лушева касательно старообрядческого понимания личности и её роли в общественном деле: «Основой является личная ответственнось каждого верующего не только за судьбу своей личной души, но и за сущность христианского учения, судьбу всей церкви и веры, за всё сообщество – индивидуальная ответственность за общее дело на основе духовного принципа соборности». Поэтому у них нет н не может быть места для воровской прихватизации, равно как и немыслимо нынешнее деление общества на vip-персон и лохов. Не менее того старообрядцы чужды абстрактных «прав личности», покрывающих сплошь рядом как раз порочные человеческие свойства, и у них благо всех это условие личного блага.

Вправду, не уйти от того факта, что мы, современные, вместе с безусловными благами цивилизации хлебаем вдосталь её ядовитые отходы, от которых староверы оградили себя прямо-таки «железным занавесом», и потому у них ни коррупции, ни гламура, ни шоково-тусовочных звёзд, ни разврата. Старообрядческая семья незыблема в своих нравственных устоях. Провокационные «революции» им чужды и детей рождается «сколько Бог даст», а конкретно - от восьми до четырнадцати, но есть семьи и по 18-и детей, и никаких демографических «ям» у них не бывает. И насчёт губительно-позорных русских склонностей наблюдательный Е.А.Лушев свидетельствует: «Табу у них на алкоголь и табак», - т.е. алкогольной и тем более наркотической чумы нет и в помине, хотя в конце трудовой недели и по праздникам практикуется добрая бражка из яблок, ежевики или персиков. Вот они настоящие русские люди, русичи, и поэтому столь показательны их физические данные: «Староверы в большинстве рослые (около двух метров), красивые, блондинистые, трудолюбивые люди – отлично сохранившийся генотип русского человека. Многим семьям свойственно долголетие». Т.е. налицо единство русского нравственного и физического здоровья, здоровья могущественного, к счастью сохраняющегося хоть в Аргентине!..

Для староверов призывы к «обществу потребления» это не более чем пустословие, которое они считают грехом. Им сама собой открыта та простейшая истина, что потребления без производства не бывает, или это производство должны осуществлять какие-то рабы из третьего мира, что для староверов исключено. Поэтому грех праздности, безделья им неведом, а человек занятой заведомо чужд уныния и душевной дряблости с гибельными последствиями «ловли кайфа» и т.п. Живут они общинами, причём внутри общины каждая семья в хозяйственно-бытовом отношении самостоятельна. Автор пишет: «Хозяйственная деятельность у них организована по хуторскому принципу. Они держат лошадей, коров домашнюю птицу, выращивают помидоры, мандарины, виноград. В хозяйстве имеются трактора и небольшие грузовики. Староверы живут в основном натуральным хозяйством, покупая в магазинах лишь те продукты, которые не могут вырастить сами: соль, сахар, муку, растительное масло».

Все мы свидетели двойной разрушительной заразы, охватившей современный русский язык, его внутренней вульгаризации и заёмной американизации, а вот наблюдение Евгения Александровича над языком наших братьев в Южной Америке: «Старообрядцы говорят на абсолютно чистом диалектном русском языке, поражающем замечательной сохранностью. Староверы Аргентины относятся к русскому языку как к святыне, гордятся тем, что сохранили его и что младшее поколение говорит на чисто русском языке». Так вот, живя в Америке, люди не поддаются американизации родного языка, а мы у себя дома?.. Интересно также, что староверы равно владеют современным гражданским шрифтом и старославянским письмом. Так вот и получается, что учиться нам у русских староверов в Аргентине по части своего родного языка и учиться!

Разумеется, было бы смешной утопией звать людей назад в патриархально- старообрядческий уклад, но и тупиковость, гибельность современного «антиутопического» сценария самоочевидна. При том наш наблюдательный автор-земляк свидетельствует, что старообрядцы вполне отдают себе отчёт в развращающем действии американской лже-цивилизации и что среди них сильна тяга к возвращению в Россию, на Родину. Вот слова их местного наставника Киприана: «Надо возвращаться в Россию, где ещё можно сохранить веру», - и также узнаём, что старообрядцы с огромным интересом относятся ко всему, что происходило и происходит в России. Они страдают от отсутствия русских книг и русских учебников: им не по чему учить детей русскому языку. Так вот кому надо всемерно способствовать возвращению домой, а не звать к себе иноземцев, которые даже название не случайно получили чуждое слуху и делу «гастарбайтеры» - с нависающей угрозой превращения русского языка в «типарусский», а самой России в «Типароссию», о чём наша печать уже давно бьёт тревогу.

Сейчас перед всем Русским миром стоит задача духовно-нравственного единения и роль православной церкви здесь особенно важна. С чувством глубокого облегчения восприняли мы возвращение Русской зарубежной православной церкви под омофор Московской патриархии. Это был раскол по преимуществу политического порядка, но для всестороннего оздоровления народа тем более необходимо преодоление многовекового раскола, который прошёл через народную душу, через «святая святых» народа и тяжело сказался на состоянии духовного и физического генофонда. Необходимы настоятельные поиски путей к каноническому воссоединению всех православных русичей. И уже немало сделано в этом направлении. В 1971 году решением Поместного собора Русской православной церкви все старые и новые обряды был признаны «равночестными» и все обвинения сняты, «яко не бывшие», и давно, ещё с начала ХIХ века, в старообрядчестве существует единоверческое движение, признающее и принимающее юрисдикцию Московской патриархии. Велика роль признания, что двуперстие и троеперстие равно благодатны для православного самоутверждения: двуперстное знамение запечатлено в «Троице» Андрея Рублёва, под двуперстным знамением были одержаны победы Александра Невского, ставшего сейчас Именем России, двуперстным было знамение игумена земли Русской Сергия Радонежского, и точно так же троеперстным знамением освящены победы чудо-богатырей Суворова, героев Отечественной войны 1812 года и Великой Отечественной, к 65-летию которой мы сейчас идём.